Страницы

6 февраля 2011 г.

Война 1812 года. Глава 13. "Отречение"

ФРАНЦИЯ

ПАРИЖ

На подступах к Парижу бой,

Французы держат оборону,

Но даже маршалу Мормону

Не удержать напор такой.

Предместье пало, враг у стен,

Сдать и спасти тем самым город,

Иначе пушки, словно молот,

Наполеон на мир в обмен.

Подписан важный документ,

Капитуляция… Победа!

Въезжал в Париж царь, войско следом,

Такой торжественный момент.

Гвардейцы русских, прусских войск

В Париж въезжали при параде,

Сверкали на груди награды,

Осанка, выправка и лоск.

И император Александр

На белой лошади со свитой,

Мундир недавно только сшитый,

Ему преподнесенный в дар.

ФРАНЦУЗЫ

НАПОЛЕОН

Он не успел, узнал об этом

И сразу изменил маршрут,

Его уже, наверно ждут,

На подступах к Парижу где-то.

Со всех окрестностей страны

Собрать все войско, что осталось,

Полсотни тысяч насчиталось

Для продолжения войны.

Париж был сдан, да что таить,

В его ближайшем окружении

Уже существовало мненье:

Сопротивленье прекратить.

Он ждал, но больше ничего

Победного не совершалось,

И он отрекся, что осталось?

Трон в пользу сына своего.

Пришла беда за эти дни,

Событие другого рода,

Война любая для народа

Лишь неприятности одни.

Часть войск на сторону врага

Ушла, не дожидаясь боя,

И власть его гроша не стоит,

Коль удержать их не смогла.

И этот факт известным стал,

И мел огромное значенье,

Ужесточив акт отреченья,

Который царь российский ждал.

Наполеон отрекся сам,

И за семью отрекся тоже,

Как император, он низложен,

По пунктам всем и всем статьям.

СРЕДИЗЕМНОЕ МОРЕ

Сложил корабль паруса,

Заснул до нового похода,

Затишьем балует погода,

И солнце дарят небеса.

Пологий берег, наверху

Постройки городских окраин,

То тут, то там собаки лают,

Учуяв, свежую уху.

Одна гостиница и та

Высоким рангом не блистала,

Но постояльцев ей хватало,

Ведь рядом гавань неспроста.

Вот и сейчас, благая весть,

Сам Император поселился,

Пусть он от власти отрешился,

Но все равно, какая честь.

В его глазах была тоска

Отрекшегося властелина,

Накрыла скука, как лавина,

Как шторм крутые берега.

С ним вместе генерал Бертран,

Зашел к нему сейчас с докладом,

Английской шхуны капитан,

И вам принять его бы надо.

А капитан в приемной ждал,

И были странными те чувства,

Скорей уже сродни безумству,

К врагу он злобы не питал.

С раскрытой книгою в руках

Он появился из-за двери,

Спокойным взглядом гостя смерив,

Он изложил все в двух словах.

«Пока отплытья будем ждать,

Он мог бы быть ему полезен,

Не будет ли он так любезен,

Его везде сопровождать»?

Не видел капитан преград,

Да отказать он был не в силах,

Все неожиданно так было,

Он этому был даже рад.

Тогда уже Наполеон,

Если на шхуне он не нужен,

Остаться предложил на ужин,

Отведать луковый бульон.

На утро генерал Бертран,

Проделав путь не очень близкий,

Привез на шхуну лично списки

На весь багаж и провиант.

Погрузка в полдень, началось

По списку, лошадь и карета,

Вино и сундуки, все это

На шхуну быстро поднялось.

Пришла депеша, капитан

Пакет вскрыл, срочно и секретно:

Движение врага заметно,

До вас доводим новый план.

Желая кровью смыть позор,

Француз настроен был серьезно,

Пусть силой небольшой, но грозной

Отверг совместный договор.

Он хочет вновь восстановить

Во Франции Наполеона,

И вновь надеть ему корону,

И вновь врага, как прежде бить.

Так что предписывал приказ,

Не медля взять с собой особу,

Быстрее выйти в море, чтобы

Смутьяны не застали вас.

Не допускайте произвол,

Он побежден, но император,

Традиции должны чтить свято

И соблюдать весь протокол.

Какой придумать веский слог?

Поскольку император медлил,

А гонор проявить победный-

Приказ нарушить, он не мог.

И за обедом капитан,

Чтоб убедить Наполеона,

Сказал, что будет очень скоро

На море сильный ураган.

Им надобно опередить,

Уйти от берега подальше,

Такое здесь бывало раньше,

Он ждет решения, как быть.

Наполеон недомогал,

Но все же дал приказ к отплытью,

И поворот такой событий

Ответственность предполагал.

Народ бы в драку не полез,

Ведь надо следовать к карете,

И капитан, предвидев это,

Ладонью прикрывал эфес.

Чуть что, он шпагу пустит в ход,

Но люди только ликовали,

Чинить препятствия не стали,

Доброжелательный народ.

Комментариев нет:

Отправить комментарий